X

Select for category

Современно, безопасно, красиво

Далее

В 1998 году в городе Грязи начала работать новая автостанция. Современное архитектурное сооружение на привокзальной площади пришло на смену полусгнившему вагончику, где долгое время находилась…

Дарить надежду на спасение

Далее

Грязинец Вячеслав Викторович Вирясов первый раз стал донором в 1987 году, когда родилась его дочь, приняв известные в нашей стране рекомендации для каждого молодого папы….

Гладкой дороги!

Далее

В начале июня жители села Коробовка вместе радовались завершению важного этапа реконструкции дорог. Участок проезжей части протяженностью в 780 метров на улице Лесной был отремонтирован…

Сам не тони и товарищу помоги

Далее

Начальник межрайонной пожарно-спасательной службы на водных объектах областного казенного учреждения «Управление государственной противопожарной спасательной службы Липецкой области» Владимир Грачев листает огромную конторскую тетрадь, сплошь исписанную:…

Борьба за баллы и медали

Далее

В этом году 225 выпускников района получат аттестаты о среднем общем образовании. В эти дни у ребят горячая и очень ответственная пора. Они проходят первое…

Главная / Разное / Спасибо, отец, за охоту

Спасибо, отец, за охоту

Сегодня мне сорок пять лет, а тогда было двенадцать. Помню слова отца: «Без охоты, сынок, я уже давно бы не жил». Сейчас хорошо понимаю его. Одним из самых радостных дней остается тот, когда батя подарил мне ружье (с разрешения председателя общества охотников и с условием, что буду ходить на охоту только с отцом).

Он обещал вручить его мне к дню рождения, а подарил немного раньше. Для меня это стало сюрпризом, полнейшей неожиданностью, впрочем, тут я не могу подобрать нужного слова, чтобы объяснить, чем это было для меня. Вспоминаю только, что когда вернулся из школы и увидел на стене моей комнаты ружье, то остолбенел, в прямом смысле этого слова. Весь оставшийся день и целый вечер не отходил от ружья, а когда мать позвала на ужин, причем позвала несколько раз, быстренько-быстренько что-то там проглотил и — снова к ружью. И даже ночью несколько раз вставал, включал свет и стоял перед ружьем, блаженно глядя на него, как перед красивой иконой. Моя «икона» была тулкой, курковкой 16-го калибра. Из нее мне посчастливилось «взять» своего первого зайца и первого крякового селезня.

Первого ноября открылась охота на зайца по чернотропу. В ночь перед охотой не мог заснуть. Иногда вставал, перекладывал патроны в патронташе по номерам дроби. Четверку — в правый подсумок, патроны с дробью покрупнее — в левый и наоборот. Наконец под утро задремал, и тут же, как автоматная очередь, раздался стрекот будильника. Вскочил и оделся намного быстрее, чем солдат в армии. А отец, оказывается, встал еще раньше и уже приготовил завтрак. Мне же было не до всяких там прочих утренних туалетов. Уже с вечера был собран и теперь сидел в полной боевой готовности, поглаживал Флейту — нашу общую любимицу русскую гончую выжловку — и нетерпеливо поглядывал на отца. Впрочем, нетерпеливо — это не то слово. В отличие от гончей только что разве не взвизгивал. Отец, поглядывая на нас и посмеиваясь, ускорил свое чаепитие, встал из-за стола и сказал: «До чего же вы с Флейтой похожи в этот момент. Все. Выходим!»

Взял собаку на поводок, и мы пошли. «Ни пуха, ни пера!» — ласково сказала мать, вставшая, чтобы закрыть за нами дверь.

Мы в осеннем лесу. Утро прекрасное. Погода — то, что надо для охоты с гончей. Флейта все равно рано или поздно, но обязательно должна побудить русачка, и гонять она его будет без сколов. Вязкость у нее, как говорил отец, прекрасная, паратость — то, что надо!

Очнулся от своих мыслей после окрика: «Стоять!» Мы с псом дружно замерли, как вкопанные. Отец, показалось мне, хрюкнул и сказал: «Это я собаке скомандовал. Так положено». Затем снял с Флейты ошейник и пустил ее в полаз с веселым порсканьем: «А ну, давай, давай, давай! Буди его, буди, милая, гоп-па, гоп!»

С особым удовольствием заряжаю свою драгоценную тулку, и мы медленно идем по лесу. Я, подражая отцу, но еще более азартно порскаю: «Давай, давай! Добудь его, добудь.

О-ля-ля, гоп-гоп!» И вдруг Флейта подала голос. Потом еще и еще. Сердце у меня, как говорят в таких случаях, так и екнуло. Но по рассказам отца знал, что это еще не гон. Это добор, то есть Флейта подает голос на жировке зайца и старается побудить его. Так продолжалось минут десять, а потом в одну прекрасную секунду лес как будто проснулся от заливистого рыдания гончей. «Вот оно! Подняла, помкнула, залилась. На глазок! По зрячему, судя по голосу»,- мелькнула у меня мысль.

Лихорадочно сжал ружье, да с такой силой, что оно, наверное, стало не 16-го, а 20-го калибра, и, сломя голову, ноги и все прочее, как дикий вепрь, ломанулся сквозь чащу леса на Флейтин голос, который быстро удалялся от меня. Да! Теперь это был он! Его величество страстный, яркий гон!

В соревновании в беге с собакой и зайцем проиграл и скоро, дыша тяжело и с каким-то свистом в груди, остановился, снял шапку и старался уловить, в какой стороне идет гон. И вот мне стало казаться, что заяц пошел на круг, а гон стал приближаться ко мне. Я задрожал, как осиновый лист на ветру, и стал лихорадочно и почему-то какими-то скачками искать лаз, по которому должен «пролезть» заяц. Одно место мне казалось лучше другого, а Флейтин голос вдруг возник неожиданно рядом. Я не нашел ничего лучшего, как прыгнуть за дерево и принять полную боевую готовность. (Позже где-то читал, что вставать нужно не за дерево, а перед ним и главное — не шевелиться.) А тогда чуть дерево не свалил, выглядывал из-за него то с одной, то с другой стороны в надежде узреть, или, как охотники говорят, перевидеть зайца. Зайца так и не узрел, а вот выжловку, которая буквально вылетела на меня, только чуть-чуть левее, перевидел. Вылетела она и застыла, подняв голову. Потом резко повернула ее ко мне, фыркнула, показалось, даже послала меня опять за дерево, а затем опустила голову к земле и заходила челноком, очень смешно шевеля ноздрями со смешным характерным звуком, что-то типа «хру, хру, хру… » Но мне в этот момент было не до смеха: «Эх, прозевал, растяпа!» Тем временем Флейта истошно залаяла, и гон снова утек от меня.

В это время послышался возбужденно захлебывающийся голос отца. «Вот, вот, во-от, во-от, вот!» — кричал он. И вдруг слышу легкое похрустывание лежащих на земле сухих веточек. Поворачиваюсь на этот шорох и… о, боги! Еще полностью не вылинявший заяц-русак, не спеша, видимо, пользуясь Флейтиным сколом, «пролезает» через редкий кустарник метрах в двадцати от меня. Прыг, прыг… и сел. Замер, как столбик, и ушки вверх навострил.

Не помню, как целился, но зато помню, как заяц упал. Высоко подняв над головой ружье, я закричал: «Готов! Дошел!» — так учил папа, и «Урра!» — это уже от себя.

В этот самый момент появился отец. Он улыбнулся, поздравил меня с «полем» и крепко пожал руку. По сей день часто говорю себе: «Спасибо, отец, что ты подарил мне охоту!»

***
фото:

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта