X

Select for category

Грязинский район в топ-5 самых эффективных районах Липецкой области за 2020 год

Далее

Итоги ежегодной оценки работы администраций районов и городов подведены в Липецкой области. Как сообщили в региональном управлении экономического развития, оценка производилась по комплексу показателей, включающих…

Как подготовиться к вакцинации

Далее

В плане подготовки к вакцинации коронавирусная инфекция не отличается от каких-либо других инфекций. На сегодня прививка от коронавируса делается здоровым людям от 18 лет и…

Счастливы вместе

Далее

Наш рассказ об обычной… многодетной семье, которая единодушно уверена в том, что детей много не бывает! Им легко жить, потому что на судьбу они не…

Игорь Артамонов проконтролировал продолжающееся в городе Грязи благоустройство набережной

Далее

Благоустройство набережной реки Матыра продолжается в городе Грязи. Это стало возможным благодаря победе во Всероссийском конкурсе лучших проектов создания городской комфортной среды в малых городах…

Новые квартиры получат 140 грязинцев из аварийного жилья

Далее

Дом для переселения грязинцев из аварийного жилья строится в районном центре. Пятиэтажку из двух секций возводят на улице Коммунальная. Строительство ведется в рамках национального проекта…

Главная / Разное / На фронт призвали в марте 42-го

На фронт призвали в марте 42-го

Многие и многие участники Великой Отечественной войны, защитники Отечества, оставляют после себя столь яркий след и столь благодарную память, что, сколько бы ни миновало лет, продолжают оставаться примером для потомков. Наш земляк, плехановец, Дмитрий Алексеевич Арнаутов поистине эталон человечности, порядочности, справедливости и для тех, кто с ним ходил в разведку, и для тех, кто шел с ним рука об руку по жизненному пути.

Когда Дмитрий Арнаутов уходил на войну, было ему двадцать три. Родные и близкие — в Плеханове, а он — на рязанщине. Оказался здесь после окончания Воронежского сельхозинститута по распределению. Не успел даже и месяц поработать агрономом-полеводом, как призвали.

Воевать довелось в 274-й стрелковой дивизии, в химроте.

Химик-разведчик сержант Арнаутов мог перетерпеть боль, ранение, холод, голод и оставаться в строю, потому что должен. Мог увести от неминуемой гибели бойцов и разделить с ними свой командирский паек. Мог под огнем тащить на плечах раненого. Он все мог. Был отчаянный воин, бесстрашный командир.

Воспоминания о Великой Отечественной всегда непросто давались Дмитрию Алексеевичу. Дети, внуки часто его спрашивали: «Что на войне самое страшное?» А он и не знал, что ответить — столько всего сразу на память приходило!..

Достойная у Дмитрия Алексеевича выросла смена. Служил старший внук Олег в конце 80-х в армии — дед читал письма солдата и командования части со светлыми думами. Ответственный у него вырос внук, в него пошел. Двое других, мечтая о профессии военного, окончили высшие военные учебные заведения, ныне офицеры Российской армии. Денис — майор в Буденовске, в «горячих точках» бывал, Антон — лейтенант, служит в Ярославле. И правнук Максим, бывший кадет гимназии № 3, пошел по военной стезе. Пока сержант, и сержант весьма целеустремленный. В престижных вузах страны учатся правнуки Дмитрий и Артем. Они не выбрали военной специальности, но и для них прадед — уважаемый, достойный человек, о котором можно говорить с неподдельным восторгом.

11 февраля Дмитрию Алексеевичу могло бы исполниться сто лет. Ему выпало прожить на свете долго — 94 года. Родные немало поудивлялись: ну почему он не оформляет инвалидность, ведь с войны вернулся инвалидом?! И только сам Дмитрий Алексеевич не хотел никак мириться с последствиями тяжелейшего ранения в ногу, не позволял себе быть инвалидом, он такой же, как все. Вот товарищи его в сырой земле лежат, а он, ничего, и ходит, и работает, и зарплату получает. Чего же боле?! Уговорам поддался, лишь уйдя на заслуженный отдых, когда стал болеть чаще, а маленькой пенсии на все про все не хватало.

О фронтовых буднях своего отца поведала дочь Вера Дмитриевна Душкина.

ПОД ПУЛЯМИ ЕМУ ВЕЗЛО

За всю войну сержант Арнаутов был несколько раз ранен и контужен. Его заваливало в блиндажах землей и бревнами — он оставался жив. Бывало, отправят контуженого или раненого в госпиталь, немного подлечат и — снова на фронт. Он знал все те простые, но спасительные военные истины, которые давали ему уверенность, что его не так-то легко убить. И только от ранения, полученного в ногу, в часть больше не вернулся. От этого ранения до конца войны, до конца жизни нельзя было уйти.

В РАЗВЕДКЕ

После выполнения очередного задания разведгруппа присела отдохнуть на бруствер окопа. Дмитрий Арнаутов отошел в сторонку перемотать портянки. И тут разорвалась бомба. Его контузило. Из ушей — кровь хлещет, из носа, изо рта — кровь… Самое плохое заключалось в том, что он оглох, долгое время ничего не слышал. Налета вражеской авиации не слышал. Шел по земле, а кругом «черные кусты» вырастали.

Был случай. Бойцов настиг истребитель. От бомбежки укрылись в подвале церкви. Камня не осталось от храма. Некоторые не выдержали мучительной неизвестности, находясь под развалинами, стреляли в себя. По приказу Арнаутова в стене, где образовались трещины, был сделан подкоп. Копали все по очереди, в том числе и он, командир. Один из солдат выглянул наверх, ему мгновенно придавило голову. Перебинтовали пострадавшего в ужасных условиях. Ведь двое суток находились без воды и еды. Их было более сорока, спаслись двадцать два человека. И те не знали, куда им теперь. Днем ползли, ночью шли, пока не наткнулись на дежурный пост. Выбрались к своим!

САМ ПОГИБАЙ, НО ТОВАРИЩА ВЫРУЧАЙ!

Таков был закон на войне, действующий на всех фронтах.

Ранило друга Дмитрия. Друг выше на голову, Дмитрий сам получил ранение. Невзирая ни на что, вынес тяжелораненого на своих плечах. Оба потом попали в госпиталь, сфотографировались на память, как будто предвидели, что больше такой возможности не представится. Прибыв в расположение части, верный друг ценою собственной жизни спас Арнаутова, хотя мог укрыться от обстрела, бросить товарища с тяжелейшим ранением на полпути.

Очнулся Дмитрий на телеге, что везла раненых. Ночью попали под бомбежку. Лошадь, как бешеная, рванулась с места и понеслась, возчик упал, телегу наклонило. Что было дальше, он не помнил. Пришел в себя в санитарном вагоне. Его доставили в госпиталь, и, осмотрев ногу, хирург сказал, что будет ампутировать. Согласие на операцию сержант не дал, зная, что ему поможет пенициллин, который был в войну на вес золота. Лечиться пришлось несколько месяцев в разных госпиталях. Нога по выписке не сгибалась, тяжело опирался на костыль. Но из армии не комиссовали — направили как толкового телеграфиста в Горький учить радистов.

ПРОВЕРКА НА ПРОЧНОСТЬ

Дмитрий Алексеевич вспоминал, что редко кто на фронте болел от простуды. Находясь в невероятном напряжении, организм каждого привыкал ко всему, что выпадало на долю. Не замечали разведчики, как по нескольку часов пребывали в ледяной воде реки или болота, чтобы только не обнаружил неприятель. Спали в окопах, на снегу, на плащпалатке. Попав в окружение, испытали на себе, что такое голод. Приходилось есть дохлых лошадей, мышей и лягушек, листочки с кустиков, траву. В темное время суток наши самолеты старались доставить продовольствие находившейся в окружении части, сбрасывали мешки с крупами, мукой. Мешки «дырявили» вражеские пули. Иногда, если повезет, солдаты могли понасобирать с земли макароны. От усталости и страха, от голода и холода у самых слабых нервы не выдерживали. Люди озлоблялись. На войне, как на войне, были еще и несправедливость, предательство своих и выстрелы в спину. В Арнаутова не стреляли, поскольку он хорошо относился к товарищам, делился с ними последним. Но предательство было. Подошел однажды офицер с листовкой немецкой, в которой говорилось, что, мол-де, кто перейдет к ним, получит землю, корову, деньги. «Как ты считаешь, не пора ли эту войну кончать?» — с этого вопроса начал разговор офицер. Арнаутов только и сказал: «Ты чего шутишь, проверяешь, что ли?» И продолжил рытье окопа. Наутро с немецкой стороны тот самый офицер передавал в рупор: «Здесь у немцев хорошо, мне дали землю и деньги». Следом он назвал фамилии тех, с кем накануне имел разговор, обратился к ним: «Правду вам говорю, переходите к немцам -не пожалеете».

Арнаутовым заинтересовался НКВД. «Если б надо было мне, я в ту же ночь ушел с предателем, — говорил он. — Я-то подумал, что приятель шутит, потому и не передал никому нашу беседу».

Все выдержал Дмитрий Алексеевич. В брошенных фашистами селениях видел в колодцах трупы застреленных стариков, женщин, детей. Сжимал зубы до боли в скулах. Ничего не осталось от деревень, только печки торчали. Шел он по выжженной, пустой земле. Шел и верил в нашу Победу.

***
фото: Химик-разведчик Арнаутов во время войны;В госпитале с самым преданным боевым другом;Встретились ветераны Великой Отечественной

Размер шрифта

Пунктов

Интервал

Пунктов

Кернинг

Стиль шрифта

Изображения

Цвета сайта